«Алмаз», але не зовсім «Антей» (Частина 2)

Кроме того, концерн или в другом варианте – холдинг, уже предполагает, что речь идет о множестве предприятий, плюс-минус одного профиля, под единым руководством и Алмаз-Антэй не исключение. На самом деле, в концерн входит около шести десятков предприятий, разбросанных по 18 федеральным единицам курятника. Основные же предприятия находятся в москве,где находятся главные разработчики систем ПВО – НПО «Алмаз» им. Расплетина – сухопутные комплексы и МНИИРЭ «Альтаир» – корабельные ЗРК. РЛС и системы управления выпускают заводы «Арсенал» и НИИ «Вектор» из Санкт Ленинграда. А комплектующие, узлы и агрегаты, выпускаются заводами Поволжья и Урала. В итоге, концерн поставляет для своих вооруженных сил и на экспорт, следующую номенклатуру изделий:

С‑300П/ПМ/ПМ2 — системы ПВО большой дальности

С‑400 «Триумф»

С‑500 «Прометей»

«Бук‑М2/М3»

«Тор‑М2»

Радиолокационные станции (обзорные, высотомеры, РЛС наведения)

Автоматизированные системы управления ПВО/ПРО

Тренажёры и комплексы подготовки расчётов  

Как видно, севастопольский заводик ничего из упомянутого выше не производил и не мог производить в принципе, зато именно там проводился ремонт, указанной выше номенклатуры изделий. В крымских реалиях, значение этого предприятия трудно переоценить. С учетом того, что поражение зенитные средств там перешло в ежедневный конвейер, то завод стал ключом для восстановления того, что подлежит ремонту. А ведь мы видели уже сотни видео, на которых поражаются антенны или какие-то другие элементы комплекса, без их полного уничтожения. Это значит, что в принципе, такие повреждения могут быть устранены, а боевая единица, может вернуться в строй. 

Не удивлюсь, если какие-то части систем ПВО, переживали несколько дроновых ударов, но потом были отремонтированы и снова отправлены на боевое дежурство. Именно это и выполнял севастопольский завод и очевидно, что с этим у него теперь – очень большие проблемы. Но во всем этом сюжете есть очень интересные моменты, на которые стоило бы обратить внимание в первую очередь.

Так, мы наблюдаем видео атаки, что говорит о наличии обратной связи дрона и оператора. Это же говорит и о том, что оператор не просто видел происходящее через бортовую камеру дрона, но и наводил аппарат на цель и это на расстоянии в 300 км от места запуска дронов и наверное, в среде крайне плотной работы РЭБ врага. Кроме того, ни на одном видео нет даже следов работы их ПВО. А мы знаем, что Севастополь таки прикрыт зенитными средствами лучше, чем любой другой город курятника, кроме москвы. Это наводит на мысль о том, что враг не увидел аппараты и не смог их подавить, что само по себе является выдающимся достижением.

И последнее, что здесь важно отметить. На этом примере мы наблюдаем постепенное изменение парадигмы сил обороны, относительно поражения таких крупных целей. Просто вспомним о том, что сначала пытались просто попасть, в такой завод, но с развитием техники, Попадать стали не в завод вообще, а в его конкретное, самое критическое место. И наконец, концепция изменилась и мы наблюдали тотальное уничтожение предприяти. 

Проще говоря, на стадии боевого планирования операция, задача ставилась именно как снос завода и никак иначе. Отсюда и расчет боеприпасов, и последовательность ударов. Похоже на то, что нужного результата удалось добиться меньшего количества боеприпасов и потому, камера последнего дрона явно блуждала по корпусу завода, в поисках еще не пораженного места. Не исключено, что прямо сейчас мы наблюдаем новый этап дроновой войны на больших расстояниях, который называется «игры кончились».